попугай кеша

В эту тетрадь я записал увиденное и услышанное мной и то, что случилось со мною. Такие эпизоды, как «С солью и без соли», «Водка в снегу», «Охотники», «Пиво» и многие другие рассказаны сватом Никанором Павловичем и его братом  Игнатом. Ряд эпизодов записаны от старых знакомых, кому  была вера. Есть и то, в чем сомневался, но и это я записал. Такие как  «Приведение», «Дед и велосипед», «О змеях» — вызывают сомнение.  Писал я не по хронологии, а по мере воспоминания, лежа в постели, едя  в автобусе или поезде, когда приходило на ум, а иногда кто-то рассказывал что-то о чем-то о своём или слышал от кого-то давным-давно.

Из воспоминаний Мартемьянова Василия Семеновича.

(16.02.1909 – 02.08.1995)

                  

С солью и без соли.

Набрали два брата в солёном озере два короба соли и поехали менять её на хлеб.  Дело было летом, перед сенокосом. Отъехав километров тридцать от дома, выпрягли быков и стали варить обед. Старшему брату было 19, младшему — 14 лет. Старший и говорит младшему:

— Санька, пойди в шкатулке должна быть соль, принеси её, надо еду посолить. Тот  пошел, но соли в шкатулке не оказалось.

— Нет, Филька, соли, наверное забыли положить.

— Как нет, что они остолопы, что-ли, эти бабы…

Что делать?  Не будешь ведь есть несоленый суп. Пришлось есть кислое молоко с хлебом. Поехали дальше, отъехали километров пять, старший спрашивает брата.

— Санька, а что мы везем? Тот посмотрел в короб и, ещё на соображая что к чему, говорит : — Соль, а что?

 

Водка в снегу.

Поехал Афанасий Данчев в Щучье. Запряг лошадь в сани, а сани были некованые. Расстояние от кордона, где мы в то время жили, было 25 верст. Купил он четыре бутылки водки родственнику. На одном из поворотов сани перевернулись и все четыре бутылки разбились.

Примчался он к нам, бросил шапку об пол, матерится:  — Мать вашу с вашими подарками. Собирайся, Васька, бери ведро, поедем снег собирать, в который пролилась водка. Взяли два ведра, поехали, собрали тот снег, вернулись домой. А Ульяна уже и печку затопила,  по просьбе  Афанасия. Сложили снег в чугун ведерный и стал Афанасий ждать, сидя у печки, когда снег растает. Выпить ему хотелось.

Ульяна сидит ухмыляется, понимает, что получится с затеей Афанасия. Вот и снег растаял, зачерпнула Ульяна кружку из чугунка и подает  Афанасию. Тот хмыкнул,  вытер усы  и стал пить. По мере того, как он пил  глаза его становились все  злее и злее. Не допив,  швырнул кружку на стол, с тем  же матом и к двери. И уехал. А в чугунке том вода и вода … Чудак.

 

Охотники

Купили наш Анфим и парень из лесничества охотничьи ружья. Первому 29 лет, второму — 28. Была осень. Тесть Анфима, Никанор Павлович Кириллов, знаменитый охотник и рыбак, узнав об этом, решил проверить способности  новоиспеченных охотников. Однажды он приехал на кордон и спрашивает Анфима:  — Ружье купил?  — Да, купил, — отвечает Анфим. — Дай пострелять, тут неподалеку тетерева на березе расположились, — говорит Никанор Павлович, — может быть съездите? Послали за Николаем. Я живо запряг им Гнедка и они  поехали.

Приезжаем, — говорили они потом, — сидят на березе тетерева и косачи. Мы  подкрались и давай палить в них, соблюдая правила. Но сколько мы не стреляли, на землю не упала ни одна птица. Как оказалось, это были чучела, развешенные Никанором Павловичем. После этого  Анфим больше не охотился и вскоре ружье продал, то же сделал его напарник.

 

Пиво

Об  Игнатии Павловиче Кириллове, младшем брате Никанора Павловича среди жителей с. Щучье ходило много смешных историй. Вот одна из них.

Игнатий Павлович  был большой любитель насчет выпивки. Его жена, Мария Гавриловна, часто варила пиво (брагу). Сварила она однажды этого пива, перелила его в кувшин литров на пять и спрятала. Игнатий нашел этот кувшин и стал к нему прикладываться. Выпьет стакан и для полноты бросит туда сырую картофелину. Так он и выпил весь кувшин. Хватилась  Мария Гавриловна, а в  кувшине одна картошка. Решила она проучить своего супруга. Сделала на следующий раз пиво и на глазах у мужа  наполнила кувшин пивом, а кувшин подменила. В его  кувшин налила  ополоски.

Игнатий, когда она ушла, — к своему кувшину. Потом он говорил, смеясь над собой, — Понимаешь, выпил, думал, не то квас, не то пиво, пока не попала  картофельная очистка, только тогда понял, в чем дело. Вот так моя Мария  подкузьмила меня.

 

Икона

Помолиться бы бабке, да нет иконы. Как быть?  Посоветовали сходить на базар, пошла, поискала, нет иконы. И вот на её счастье один делец, узнав, что она не очень разбирается в иконах, предложил ей портрет писателя Достоевского и говорит:

— Бери, бабушка, это что ни на есть святой человек. Он ближе всех к богу. Бабка взяла портрет и до самой смерти молилась на него.

 

Что выше

— Санька, ты плакал, что ли?

— Нет, а что?

— Да у тебя потеки на щеках.

— Разве щеки ниже глаз, — спрашивает Санька, и щупает их. — Да, верно, а я думал…Что  он думал,  я не знаю.

 

Внучка

— Деда смотри, как дождик прыгает, — говорит трехлетняя внучка, смотря на редкие крупные капли дождя.

 

Беседа

Иду  утром в магазин ( в Алма-Ате), На перекрестке стоят две женщины пожилых лет, разговаривают. В магазине немного постоял в очереди, иду обратно, они все ещё стоят. Пошел домой (два квартала), позавтракал, собрал белье в баню, пошёл. Они все ещё стоят. Но когда шёл из бани, их уже не было.

Инвалидка

В  автобус вошёл инвалид на костылях. Стоящая женщина говорит сидящей, лет сорока пяти, женщине: — Уступите место инвалиду. Та посмотрела на неё, нехотя вставая, и говорит громко, на весь автобус: — Я сама, да и мой отец тоже болеет, да и брат погиб на фронте. Кто-то  ей отвечает с усмешкой: — У большинства из нас кто-то погиб на фронте, но ведь мы не претендуем на льготу. — У меня  самой пять братьев, — говорит та злая женщина, но никто ей не ответил, а инвалид  так и не сел на свободное место..

 

Холера

— Тетка Анна дома?

— Нет нету.

— А где она?

— На базар ушла.

— Вот холера.

 

Шикуем

— А что ей не шиковать-то ! Вон сколько к ней мужиков-то приходит!

— Да, знамо дело, кто  с узелком, кто с бутылкой. Вот, кормится, баба. Эх жизнь!

— И что этим мужикам надо? Дома небось, жена, дети, ждут его, А он, иш!

 

Жадность, скупость и тому подобное…

 

1

После смерти  жены я поехал на кладбище. Август 1971 года. Сижу на холмике, жду сына, который уехал в Степняк за оградкой. Подходит старик лет 75 , чем-то  очень расстроен. Разговорились. Три года назад у него умерла жена, он остался один в своём небольшом домике. У него есть сын, он  живет в Караганде. Год назад этот сын уговорил отца продать свой дом. Старик продал свой дом и переехал к сыну. Сын попросил у отца денег на покупку автомобиля (3000 рублей). Не прошло и трех месяцев, как старик почувствовал, что сноха относится  к нему не очень ласково, Услышал, что при разговоре с мужем называет его и грязным, и вонючим, что она на него не будет стирать. Вобщем, пришла беда.

Пожил он немного у сына, да и уехал обратно, в Щучинск. А деньги сын не отдал. Вот теперь ни дома, ни денег, пришел к своей старушке, пожаловаться.

2

Овдовела в Щучинске одна старушка, а в Москве у неё два сына и  дочь. Все имеют свои семьи. Один из сыновей предложил матери продать дом и переехать к нему в Москву. После некоторого раздумья и колебания она продала дом и переехала к сыну. Деньги, что получила за дом, завернула  в тряпочку и  забинтовала на ноге. Приехав к сыну она сказала, что у неё сильно болит нога, а деньги в дороге вместе с сумочкой, вытащили. Промолчал сын, вздохнула сноха, а вечером после беседы  мужа и жены, сын заявил, чтобы мать ехала  обратно.

— Как же я поеду, — говорит мать, — у меня теперь денег нет, да и дома тоже нет.

— Ну, на дорогу я тебе денег дам, а у нас места для тебя нет.

Пришли дочь с мужем. Зять, видя такое дело, и говорит: — Ничего, мама, пошли к нам жить, найдем место, поехали прямо сейчас.

Мать согласилась, поехали. Второй сын, находившийся здесь же, сказал: — Вот и хорошо, мама, живи у Нади. Мать переехала к дочери. Зять позвал всех на приезд тещи. Сели за стол, мать и говорит: — Что-то нога у меня разболелась, надо бы перебинтовать, и стала разматывать бинты, деньги и рассыпались по полу. — Вот она, моя болезнь, будь она неладна. Сыновья остались оплеванные.

3

В Алма-Ате жили старик со старухой, пенсионеры. Он получал 120 рублей в месяц  она — 45. Во время приёма стеклопосуды  он сдавал ежедневно  5 ящиков  бутылок, а в «урожайные» дни — до 12. Ходил он при этом  в замызганом плаще и питался отбросами, был весь в делах. И куда он девал эти деньги, куда их тратил? … Плюшкин!

4

В 1920-м году собрались у нас молодежь. Брат Анфим, двоюродный брат Степан, троюродный  брат  Мосей и ещё несколько человек. Разговор велся о том,  о сём  и потом перешел на  «политику». Кто-то задал вопрос: — То такое РСФСР?  Задумались.  Кто-то  сказал давно всем известное:- Российский сахар  фунт стоит рубль.  Кто-то возразил.  а Мосей, глядя на  Степана, спросил

-Степан, у тебя сын родился?- Да, моя  Фекла родила недавно сына, а что? Как что!, —  и продолжил торжественно:  — Радуйся  Степан Фекла Сына Родила! Сначала все были в  недоумении, потом, когда поняли, все зааплодировали. Вообще, брат  мой был довольно сообразительным.

5

До революции, да и после нее, у нас в Щучинске жила семья Калюжниковых. Алексей Калюжников. В 1948 году сын этого  Алексея, мужчина лет сорока, инвалид отечественной войн, Петр, шел с работы домой, работал на станции сторожем, и вдруг запнулся обо что-то. Оказалось, то портфель, да еще набитый деньгами. Неграмотный мужчина, выросший в бедности, не позарился на деньги, а отнес их в милицию. Там деньги приняли, по акту, пересчитали, оказалось 25 тысяч и потерял их бухгалтер одного из колхозов района. Бухгалтер за честность Петра выдал ему 500 рублей и мешок муки.  Узнав об этом мы толковали о том, что где бедность, там и честность. Так оно и было.

 

Продала мужа  

Некто Лиза, уроженка Щучинска продала своего мужа  за немалые деньги. Но она продала не  в живом  виде, а его труп. Труп нужен был медицине. Обычно трупы для той или иной цели берут не так, как у этой Лизы, да и кто из родных согласится на это.

 

Последний волк

Тесть нашего брата Анфима Кириллов Никанор Павлович (о нем уже было раньше), последнего волка убил в своем дворе. Что значит последний? Дело в том, что Ник.Павл.  был в Щучинске самым лучшим и опытным охотником. Весной и летом он занимался рыбалкой, а осенью и зимой — охотой. И не было зимы, чтобы течении зимы он не принес хотя бы одного волка. Обычно на волков он ставил капканы, но бывало, убивал и из ружья.

в 1942 году его пригласил председатель колхоза  Боровое и говорит:

— Никанор Павлович,  нас донимают волки. Прямо беда от них овцам, да другому скоту тоже.

— Вот-вот, знамо дело! Нет на них управы, надо принимать меры. Вся надежда на Вас, Никанор Павлович, помогите.  Был бы Никанор Павлович  помоложе — а было ему уже 66 лет — да здоровее, радикулит замучил, проклятый, с радостью принял бы предложение председателя. Этот разговор произошел в начале года, а в апреле того же года случилось вот что:

В одно утро вышел он во двор и увидел как в углу у амбара что-то копошиться.  Пригляделся, собака треплет курицу. Почти каждый день у соседей пропадало две-три курицы. — А , вот и виноватый, — подумал Никанор Павлович, — но когда пригляделся повнимательнее, увидел, что это не собака, а волк. — Вот ведь, какой нахал, видно голоден, что во двор забрался. Не долго думая Никанор вернулся в комнату, снял со стены двухстволку и зарядил ее.

— Ты что, старый, на охоту собрался, что-ли? — удивилась его жена Евдокия Михайловна.

— Сейчас волка убью, старая, — ответил он.

— Иди ты, давай лучше чай пить. Но Никанор  вышел во двор. Волк  все еще копошился с курицей. Никанор прицелился и нажал на курок. После старуха рассказывала:

— Когда я услышала сначала один, потом второй выстрел, то сильно испугалась, не случилось ли что. Тем временем Никанор Павлович убедившись, что убил волка, ослабел совсем. С тех пор ни в лесу, ни в поле он не мог охотиться и ни видеть, ни общаться с кем-либо он не мог. Вот вам и последний выстрел  и последняя  охота.

 

Дайте ему напиться

Было мне лет  десять, прихожу я как-то зимой к Никанору Павловичу. Утро было ветренное и морозное. Я изрядно промерз. Зашел в кухню, Никанор  сидел  за столом и пил чай, его жена у печи возилась с ухватами. Увидев меня, озябшего  и скрюченного, Никанор говорит:

Михайловна, дай воды холодной парнишке, совсем же замерз. И так это было сказано серьезно, что я чуть было не поверил, что я действительно хочу пить.

— Что ты выдумываешь, старый, ( а старому было  40-42), он же совсем замерз! —  и стала помогать мне расстегивать пуговицы. И вскоре я оказался на полатях.

 

Честь генералу

Младший брат Никанора  слыл чудаком из чудаков. Он был превосходным рыбаком, но охотой в отличие от брата не занимался. Однажды идет он по  улице и  видит впереди себя генерала  Впервые. На генерале белая форма. И вот, поравнявшись с генералом, Игнатий переходит на строевой шаг и отдает честь. А впереди грязная лужа.- Вольно, вольно!

А тот знай чеканит шаг. Обрызгал грязью весь костюм генерала. Наказывать нельзя, ведь он отдавал честь.

 

На смотру

Однажды в казачий полк, где служил Игнатий, прибыл генерал, чтобы провести смотр. Казаки выстроились, сидя на свои конях. Подошла очередь отделения, где служил Игнатий.  Не доезжая до места смотра, Игнатий  спешился с коня и потом на виду всех и генерала стал садиться на коня. Что только он не делал, но сесть на коня никак не мог. То ногу в стремя не может вдеть, то не может забросить свое тело, то заваливается на сторону.

— Что такое, что это за казак, который не может сесть на коня, — обратился генерал к командиру полка.

— Ваше превосходительство, — отвечает полковник, — этот казак лучший наездник в полку, что с ним случилось, не знаю. Когда же проходил смотр, на что способен полк, генерал остался доволен и полк получил призовое место.

 

Потеря

У нас пропала Лена, младшая моя сестра. Играла с девчонками и вдруг исчезла. Обыскали весь дом, все закоулки . И только к вечеру обнаружили ее  в зимнике, за трубой, спящую. Как оказалось, они играли в прятки.

 

Обмен

Когда я учился во втором классе, я очень любил читать книжки, особенно сказки. В одну из перемен в школе мы сгрудились вокруг парты, где сидел Макаров и он листал какую-то затрепанную книжку. У меня аж  дух захватило. — Слушай, Васька, а давай меняться, я тебе книжку, а ты  мне сумку. А надо сказать, что сумка у меня была всем на зависть. Ее сделал отец Саньки из фанеры. Жалко было менять сумку, в которую входило столько книги всякая мелочь, но я согласился, отдал ее Макарову, а книжку положил в парту. После занятий я пошел  в раздевалку за шубейкой, а книжку оставил на парте. Все разошлись.

Дома я, еще не раздеваясь, хотел посмотреть книжку, но увы, среди учебников ее не оказалось. Что, потерял дорогой? Нет, не может быть. Значит ее украли. Кто? Конечно Макаров. На второй день я рассказал товарищам о случившимся, как меня обманул Макаров. В конце концов Макаров сознался и вернул мне сумку. Урок на всю жизнь.

 

Платоновские

Дело было в голодном 1922 году. По соседству с нами проживала семья Платоновых. У них было до 10 пар  быков, лошадка, около двух десятков мелкого скота, овец. Всегда держали работников и казахов, и русских, одним словом — богачи. Мы и сейчас не можем понять, как  они могли  избежать раскулачивания  в 1929 году. У них был Лёнька, мой друг, он часто заводил меня в ихнюю кладовку, где хранились продукты: хлеб, сметана, крупы и всякое другое. В одно из воскресений июля я забежал к  Лёньке еще до обеда. Зашел в переднюю, у стола сидела Лёнькина мама, две соседки и увлеченно играли в карты, Я спросил, где Лёнька, они ответили  — во дворе. Я вышел в сени, и тут меня осенило — кладовка рядом, открыта и поблизости никого нет. Я быстро зашел в кладовку и увидел на столе хлеб, калачи, колбасу  и, ничего не соображая, стал есть. В то время  почему-то не думал, что кто-то может зайти  в кладовку и застать за трапезой.

Вдруг в окне кладовки я увидел брата Лёньки, Гурку. Я тут же залез под кровать и зарылся в разные тряпки. Гурка зашел и стал  есть. Наевшись, он ушел.  Через некоторое время я вылез из под кровати и, прихватив под рубашку булку хлеба, вышел во двор, перелез через забор и был таков. Впоследствии я убедился, что никто меня не заметил.

Осенью 1929 года я участвовал  в хлебозаготовках. Однажды, в нашу пятерку  был вызван Яков Платонович, он  уже жил в нашем доме, который продал за бесценок мой отец в голодный год.

 

На волоске

В том же 22 году отец поехал на рыбалку на Большое Чебачье, под Синюхой. Взял с собой и нас  — Саньку, Ваньку и меня. Дома остались Таня, Катя и Лена. Рыбалка была не очень удачная, но  вскоре поспела ягода, особенно клубника, а на  полянах в сторону Майбалыка — хоть лопатой греби.

Мы с Санькой решили переплыть озеро, чтобы набрать ягод впрок. Отец нашу затею разрешил. Мы взяли корзины, сели в наш старенький бот и  поплыли. Через некоторое время откуда ни возьмись налетел ветер, поднялась волна, лодку стало бросать из стороны в сторону. Но Санька упрямо греб единственным  веслом,  меняя право налево и наоборот. Мы, конечно, здорово трухнули.

Трепал нас ветер минут пятнадцать, но также неожиданно стих. Мы благополучно доплыли до берега, отдохнули набрали ягод и благополучно вернулись на стан. В этой поездке Санька показал себя настоящим героем и мы  оба гордились победой над стихией.

 

Курить надо уметь

В поле  у нас в Щучинске мальчишек  брали с 7-8 лет. Зачем? Во-первых, дома возни с ними меньше.  Во-вторых,  привыкали к труду. Пасти скот, принести дров или воды, набрать кизяка и  прочее. Помню я себя где-то с 4-5 лет. До 1926 года наши пашни были под сопкой Кокпа,  это теперь каменный карьер. Рядом с нами были пашни Платоновых, у нас и балаган был совместный.

Однажды весной 1916 года  мои старшие братья Анфим и Александр и  брат лесника Гурка  20-21 лет, выпрягли быков, позавтракали. Анфим лег отдыхать, а Александр и Гурка погнали быков к сопке, где выпас был замечательный. Мы же с Лёнькой остались на стану. Делать нечего, тоскливо, во все игры переиграли. И вот кому-то из нас пришла мысль-курить. Но для этого нужны были бумага, табак и огонь. Бумагу Лёнька достал из своей заначки за балаганом, вместо табака решили использовать катышки, которых вокруг выло навалом, а огонь — вон он, костер. Набрав угольков в консервную банку, мы пошли в ближайший березовый вдоль дороги лесок . Здесь мы завернули папиросы и стали прикуривать, но огня было мало и мы решили его разжечь. Набрали бересты и стали раздувать огонь.

Додумались раздувать огонь не на голом от травы и веток месте, а где попало, да еще подкладывали сухие ветки и вскоре огонь перебрался на ковыль, а Лёнька стал его тушить. Я все еще подкладывал  ветки. Когда я хватился, огонь уже двинулся по ковылю в сторону гор, ему помогал небольшой свежий ветерок. Что делать? Я быстро побежал на стан, чтобы разбудить старших, Лёнька же струсил и побежал по дороге домой. Мне было страшно. Анфим никогда не бил меня, а Санька не посмел этого сделать. Лёнька очень боялся своего дядю Якова.

Пожар был потушен. Он дошел до дороги, которая шла вдоль ручья. Мне не попало, а за Лёнькой, который был ровесником нашего Ваньки, то есть младше меня, послали Гурку. Лёньке попало, а я ходил героем.

 

Сушка ягод

В то лето, когда мы с Санькой чуть не утонули, мы с Ванькой  «сушили» ягоды, да так, что от них ничего не осталось. Дело было так. Иван Степанович Данилов со своей женой и чадами набрали очень много клубники и рассыпали ее для сушки на мешковину. Потом все, кто был на стану, уехали кто куда: на рыбалку, за ягодами. Уезжая, Иван наказал нам с Иваном сушить ягоды, помешивать их. — Да хорошенько сушите, — добавил он, направляясь к берегу. Потом мы поняли его наказ сушить ягоды.

Прошло какое-то время и мы с Иваном, не сговариваясь, начали выбирать ягоды, которые покрупнее. А потом и вовсе легли на животы, чтобы быть к ягодам поближе. Нам и в голову не приходило, что ягоды убывают, когда же возвратились хозяева ягод, то им в глаза бросилось явное их уменьшение.

— Ну молодцы  твои сыновья, Семен Трофимыч, — сказал Иван Степанович  нашему отцу, — умеют сушить ягоды. Не помню, были ли мы за это наказаны, но голод — не тетка. А мы тогда голодали по-настоящему.

Катание

Мне было пять, а Кате около семи лет. Зимой мы часто устраивали катание на печи.  Печь у нас была огромная, русская печь на кухне. Когда все уходили по своим делам, мы собирали все валенки, какие есть и складывали их у стены.  Затем  брали доску, на которой мама садила в печь баранки и прочую выпечку.  Один конец ставили на гору валенок, а второй упирался в кромку печи и катались на этой доске голой задницей. Но однажды Катя не удержалась и скатилась прямым ходом на пол, не обошлось без синяков и небольших слез.

 

Угощение крапивой 

Все знают, как колется крапива, но так сказать мало, она жжет. Однажды мы с Ванькой (8 и 6 лет)  забрались в огород соседа, решили полакомиться морковкой. Огород был на виду соседа, окно смотрело прямо в огород. И нам приспичило залезть в огород прямо днем. А залезть никакого труда не стоило, две жердочки, проволока. Моркови мы нарвали, но сосед был дома и нас увидел и сообщил нашей матери. Когда отец пришел с работы, мать сказала ему о наших художествах. Вот тогда мы и почувствовали крапиву, ее  «прелестное» щекотание. Но на отца мы не обижались. Поделом!

 

Завидное здоровье

Наш Санька в детстве был смелым и способным мальчишкой. В нашем соседстве стояли два сруба. Про этот случай я слышал от взрослых, в то время мне было  2-3 года. Играли однажды на этих срубах ребятишки в уголки (была такая игра), потом ходили по бревну, баловались. Санька побежал по бревну, сорвался, упал и прикусил язык, да так сильно, что он, язык, болтался на одной шкуре. Родители думали, что у их сына пропадет речь, но в течении двух месяцев язык начал шевелиться, а потом и вовсе восстановился. Только на всю жизнь на языке Саньки остался шрам. Он никогда не ходил к врачам, в 1919-1920 году пережил тиф. Через много лет он стал учителем истории и  дожил до 73 лет.

 

Гроза

На всю жизнь я запомнил грозу, которая нас застала на Джетыгоре. Мы, это Анфим, Санька, Митька, дядя Павел и я, до обеда пахали. Я сидел верхом на нашем знаменитом Гнедке, Санька с Митькой вели быков, а Анфим шел за плугом. Мне в то время было 8 лет, а Анфиму 18, он тогда был уже женат. Шел 1917 год.

День был жаркий, сильно пекло, тишина. Пообедав, я пошел к быкам, которые паслись у болота. Санька с Митькой играли в ножички и такая игра была: с различных положений с руки кидать нож, чтобы он воткнулся в землю. Анфим отправился отдыхать в балаган. А балаганом нам служил рыдван, перевернутый вверх колесами и накрытый сверху соломой. Хорошо спасал от ветра и дождя. Джетыгора- это степь километрах в трех от Кундыкуля, там, где сейчас Златополье. Кундыкуль — в переводе с казахского — песчанное озеро.

Вскоре стал накрапывать дождь, потом поднялся ветер, погромыхивало. На небе появились сполохи. Все сильнее и сильнее. Молнии все чаще и чаще стали освещать окрестности. Потоки воды хлынули с небес. Беспрерывно гремело, да так, что невозможно было разговаривать. Мы лежали в балагане. Я закрылся в тулуп с головой, чтобы ничего не слышать, Но где там! Удары  грома не прекращались. Особенно один удар был, видимо рядом, и такой силы, что задрожала земля. Но все обошлось, только мы оказались залитыми водой, которая оказалась даже под соломой нашего балагана. Потом вся гроза ушла в сторону Щучье, но раскаты грома еще долго до нас доносились. Только на второй день после обеда можно было пахать. Это, видимо, было в конце мая, потому, что на Джетыгоре мы сеяли только овес

Даже дома я долго не мог успокоиться от того, что произошло, от страха, который обуял меня тогда и, только повзрослев, я избавился от боязни грозы.

 

Привидения

Мне было лет десять, когда от старших я услышал эту историю. Еще в первые годы после образования поселка Щучье, произошло с одним жителем вот что. Задержался этот человек на работе допоздна. Идет он домой,  а путь проходил через кладбище и дело было осенью. Идет он, темно. Вдруг видит, на дороге что-то белеет. Человек остановился. Тот стоит, вроде чуть пошевелился. Что делать?  А, да что будет! и этот человек пошел прямо на белое существо. У этого человека в руках был цеп, которым он молотил зерно на току. Подошел он к тому, белому, а тот стоит и вроде бы смеется. Ну человек развернулся и вдарил белого со всей силы, но тот не только не упал, а схватил человека и держит, да зубами скрипит. Дернулся человек раз, два, вырвался и бросился наутек, оставив орудие в зубах у чудовища.

Прибежав домой, он рассказал о случившемся отцу. Дождались утра. Пошли несколько мужчин на то место, где это произошло. И что же видят? Стоят два березовых кола, связанные вместе для скрепления жердей и цеп, который застрял в одном из колов. Конечно, тому человеку  показалось все,  что только могло прийди в голову от страха.

 

Мимиш

Раньше у нас любовников называли мимиш. Еще при жизни нашей матери, она сидела на кухне и пряла. Кудель была из черной бараньей шерсти. Как водится, при прядении нить вилась в кольца и мать поправляла ее руками. А квартирант, пожилой мужчина, открывает потихоньку дверь и видит: хозяйка целуется с каким-то чернобородым дядькой. А мать сидит у окна и прядет. Этот квартирант потихоньку закрыл дверь и ходу. Потом все-таки засомневался и вернулся еще раз посмотреть. На этот раз, открыв дверь , он увидел, чем занимается хозяйка.

 

Надругательство

Во время уборки урожая осенью 1925 года наш сват Никанор Павлович поведал нам о том, что вот в этом лесу лет 15 назад был найден труп неизвестного мужчины, висящий на березе. Шум не стали поднимать, а сняли  и тут же в лесу захоронили. В одно из воскресений, когда взрослые уехали по домам в баню Мишка Фролов соблазнил нас раскопать эту могилу и убедиться, тот ли мужчина там захоронен, да и что с ним стало. Мишка Фролов по прозвищу Бес ничего не боялся, был отчаянным парнем. Было ему около 20 лет. Среди нас он был самым старшим. Откопали могилу.  Действительно, там лежал совершенно голый скелет, одежда его превратилась в пыль, волосы на черепе сохранились. Дело шло к вечеру и Бес решил, что сегодня закапывать не будем, закопаем завтра.

Вечером, управившись со скотиной и поужинав, мы сидели у костра. Уговорили Беса, чтобы он рассказывал нам сказки, а знал он их очень много. Долго мы его слушали, потом он встал и говорит: — Кто сейчас пойдет на могилку и принесет череп мертвеца? Никто не отважился. Тогда он пошел сам. и принес. Только я засомневался, тот ли это череп. Но о своих сомнениях я никому не сказал: » Не пойман, не вор». Потом он этот череп вынес за балаган и все мы легли спать.

На второй день занялись обычными делами, а о могиле как будто-бы забыли. К вечеру приехали взрослые и ними старший брат Беса Роман с женой Марусей. Все они сели за один стол, то есть за скатерть, разосланную на траве, стали есть. И никто из нас не видел, когда Мишка Бес повесил на дерево череп прямо над скатертью.  Когда все насытились, Бес и говорит: — смотри, Маруся, что это на березе висит и показывает пальцем вверх. Все мы подняли головы и увидели оскаленный рот черепа. Маруся вскрикнула и чуть не лишилась чувств.

Попало Бесу от Романа и Никанора. Тут же нас заставили отнести череп на место и закопать могилу. Что мы и сделали. Конечно, так глумиться над останками человека — надругательство.

Говорят, что Мишка Бес был нашим разведчиком и погиб  в 1943 году.

 

Борьба с медведем

Там, где сейчас находится поселок стеклозавода, когда-то были посевы. Остался однажды на стану  Филиппьев Тихон, сорокалетний приземистый мужик. Вечером он привязал быков и здоровенного быка-производителя (бугай). Тот был на цепи, чтобы не ушел в станицу. И пошел ужинать. Поужинав, в балагане перед сном пошел проверить, все ли в порядке. Не успел он отойти от балагана на несколько шагов, как был схвачен огромным чудовищем. Это был медведь. Он начал мять и тискать Тихона, повалил его на землю. Быки ревут, бугай рвется с цепи, роет ногами землю . Наконец он порвал цепь, кинулся на медведя и запорол его. На всю жизнь на теле Тихона остались следы от медведя.

Межу прочим, последнего медведя в наших краях видели в 1910 году. Куда ушли? Говорят, что на Урал. В общем, ушли от человека подальше.

 

Вызов

Никанор Павлович заметил, что его младшую дочь Миру ее ухажер вечерами вызывает таким способом: встанет под окном в полисаднике и машет зажженой папиросой. И Мира на этот сигнал выбегает к нему.

И однажды сам Никанор Павлович  выступил в роли ухажера. На его сигнал Мира выбегает из дома и, не разглядев, кто перед ней, подбегает к отцу и бросается ему на шею. — Здравствуй, Алеша! Пришел? — Пришел, дочка, пришел, — отвечает Никанор Павлович. — Ох,папа это ты! — вскрикнула  Мира и убежала в дом. Как в кино.

 

Борьба за жизнь

Никанор Павлович был знаменитым охотником. Охотился он зимой и осенью, а летом и весной — рыбалка. Зимой он на волков ставил капканы и даже иногда приводил живого волка домой. Однажды он поставил капканы в окрестностях сопки Большой Джетыгоры. Когда же через два дня  он поехал проверить капканы, то ни капкана, ни чурки, к которой он был прикреплен, не оказалось. Волк , оказалось, был опытным и сильным, хотя все волки и сильные, и умные, но этот оказался особенным.

Весь день Никанор шел по следу и только вечером нашел чурку, а в ней ногу волка. Борясь за жизнь, волк перегрыз свою собственную ногу.

 

Чёрт в бане

У Никанора  Павловича  была баня, а у его брата Игнатия не было. Поэтому баню топили и ходили вместе. Однажды, как и раньше, Никанор  Павлович в баню пошел первым . Разделся, зачерпнул ковшем воды и плеснул в каменку раз-два, нажать пару и хотел лезть на полок, чтобы похлестать себя березовым веником и вдруг из под пола  послышалось какое-то кряхтение,  вздохи и возня. Он прислушался . Вроде стихло. Потом опять кряхтение и возня. Пулей выскочил Никанор в предбанник, позвал свою старуху. Та, увидя его в таком виде, испуганно спросила.  — Что с тобой, Ника?  — В бане  черт, — с хрипом отвечает  Никанор.

Оказалось, что брат Игнатий, зная что Никанор очень верит во всякую чушь, пришел в баню первым и залез под полок. Смеху было!

 

Вор в капкане

К Никанору Павловичу пришел житель Щучинска  и попросил его поставить капкан  в одном из сусеков в амбаре (1926 год). Никанор долго не соглашался,  но потом решился поставить  капкан и почему-то на медведя, а тряпкой капкан забыл обмотать. Вечером  втайне от всех, даже от семьи хозяина, капкан был поставлен.

Ночью хозяин этого дома услышал крик  из амбара. — Ой, Миколай, Миколай! Ой, бай!

Хозяин соскочил с постели и побежал к амбару Из под амбара слышались стоны,, в капкан попал сосед. Вызволили вора, но наказывать не стали, им оказался  казах-бедняк. Он уже был наказан.

 

Дояр

1948 год. Мы жили в Веденовке. Уехала моя жена Антонина с годовалой дочкой Таней  в Щучинск. С соседкой Татьяной Черненко договорилась, чтобы она утром и вечером доила нашу корову Майку. Та исправно выполняла договор.

Пошла плохая погода. Тоня задержалась, да и непросто ехать туда и обратно на попутной машине, а ее еще нужно поймать. И вот я решил сам подоить корову. Никогда прежде я этого не делал. Одел кирзовые сапоги, взял ведро, полотенце и подошел к корове. Дал ей кусочек хлеба. Она с благодарностью взяла, поприветствовала  меня хвостом и я сел  к ее вымени. А корова у нас была очень спокойная, так что с ее  стороны я был спокоен, Но сама дойка  у меня не получилась: нажимая на сосок левой рукой молоко, почему-то попадало в правый сапог и наоборот. Так у меня ничего и не вышло.  Вскоре пришла соседка, посмеялась надо мной  — горе-дояр — и подоила корову.

Котыркольский крокодил

Случай, о котором пойдет речь, произошел в бывшей станице Котырколь в конце прошлого, начале нынешнего века. Воскресным утром  одна старушка подошла к берегу озера, взглянула вдаль  и увидела необычное  — что-то странное, с горящими глазами плыло по озеру. Не разобравшись что это, старушка сначала с постели подняла своего старика, потом соседа и пошла по станице. Вглядевшись в чудовище,  учительница начальных классов Мельник Мария Васильевна определила, что это плывет  крокодил . И крокодил плыл в сторону берега и, что странно, у него горели глаза.

Переполох в станице. Дело дошло до попа, он стал неистово молиться. У берега озера собрались масса людей от мала до велика. У многих в руках вилы, топоры, кресты . Поп возглавлял эту толпу,  а крокодил все ближе и ближе. Вот уже совсем близко.  Когда рассмотрели, лодка, а в ней два местных парня, а за ними тлеющее  смолянное бревно . Вот и весь крокодил. Так и пошло прозвище жителей Котырколя — «котыркольскиий крокодил».

 

Как я тонул

Живя в Веденовке (с 1951- 19956 год), я приобрел ружье и занялся охотой. В 1953 году в одно из сентябрьских воскресений я пошел на охоту. В сторону Златополья, к озеру в 12 километров от Вороновки, где я уже охотился и неплохо. На  этот раз я влет подстрелил утку и она упала в воду, в камыши. Глубину этого озера я не знал.  Разделся, и, пройдя несколько метров, поплыл. Подплыл к утке, взял ее и поплыл обратно, но как-то так получилось, что утку держал в левой руке, а правой рукой и ногами греб. Нет бы бросить утку и плыть без нее, но я продолжал плыть. Через время стал уставать, но утку не бросил. Уже задыхаюсь, но плыву. И вот, наконец, дно, и что же? Оказалось, что воды-то было по грудь. Вот что значит паника.

 

Случай на сцене

Зимой 1930 года я учился в совпартшколе в Петропавловске (только один семестр). Студенты этой школы ставили какую-то пьесу, где герой должен был  стрелять. Сидим, смотрим происходящее на сцене И вот момент:  один из артистов, который играл демобилизованного красноармейца, выстрелил.  Вскрик. И тут тухнет свет, занавес опущен, на сцене шум. В зале волнение. Что такое? Оказалось, что  когда  этот армеец выстрелил холостым патроном, то как-то получилось, что он повернул голову вбок и доска кулисы попала ему прямо в левый глаз. Пострадавшего увезли в  больницу. глаз вынули и через  какое-то время он вернулся в общежитие с искусственным глазом и продолжил учебу.

 

А если бы…

Была осень 1936 года. В тот год я работал  зав. начальника  школы  в селе Нижний Петропавловск  Бродокаменского р-на Челябинской области. Жили мы с Тоней и пятимесячным сыном (первым Толей) на квартире у бывшего партизана Карманова, занимали горницу. Семья у Кармановых большая, но дружная.

В конце сентября  к нам  приехал инспектор района Панов Иван Петрович по проверке школы, 35 летний мужчина. После проверки он предложил съездить на охоту, ружье он привез с  собой, у Карманова ружье  было, а у меня — нет. Да я и никогда не помышлял об охоте. Выручил сосед-пенсионер, он сказал, что ружье хорошее, двухстволка, только из него давненько не стреляли.  — А оно заряжено? — Нет, отвечает.

И я, вместо того, чтобы проверить его, стал баловаться: направлять на жену, на сына. Потом направил ружье в потолок и нажал курок. Раздался выстрел. Тоня упала на кровать, закрыв собой сына, я остолбенел. Все были в шоке. Кое-как опомнились. Только роковая случайность спасла нас, и в первую очередь меня, от огромных неприятностей. И все же утром мы поехали на охоту и я  из этого ружья, к своему удивлению, убил тетерева.

После этого  случая я дал себе слово не баловаться с оружием, да и всем наказал об этом.

 

Я защитник на суде

В  той же Нижней Петропавловке в конце 1936 был суд над председателем Правления местного колхоза Ремезовым. Он обвинялся в пьянстве, в развале колхоза, культурной  деятельности, гибели рысака. Приехала судья, но у суда  не было защитника, без которого судить нельзя кого бы то ни было. И она  решила назначить защитником меня, как самого грамотного на селе. Как я не отказывался от этого почетного доверия, — ничего, справишься, и все.

Надо сказать, что колхоз еле-еле дышал. Колхозники почти ничего не получали на трудодни. В то время я во многом не разбирался, поэтому все доказательства были очевидны в преступной деятельности председателя колхоза. К  этому можно еще добавить то, что я никак не представлял  себе роль защитника.

Все, можно судить. Каков должен быть из меня защитник человека, вре- дившего людям. Ремезов был мужчина плотным, лет сорока. Его старший брат, родня и дружки крутились возле меня, совали какие-то справки, делали все , что нужно, чтобы я защитил его от ответственности. Зачитали обвинение. Речь произнес прокурор. Предоставили слово защите, то есть мне.

При произношении речей на собраниях я особенно не волновался, а здесь разволновался. Пришлось держать речь, обязан .Конечно,  недомыслил. Прокурор попросил наказать виновного тремя годами  тюрьмы. А я, защитник, потребовал пять лет заключения. Вот как я его защитил!  В зале смех, аплодисменты, свист судья в недоумении. Но дело защитника сделано и я удалился.

Потом надо мной смеялись не только коллеги, но и в роно (районный отдел народного образования). Вообще я представился борцом против нарушений, надо учесть, что это было накануне 1937 года. Не помню, сколько лет дали Ремизову, но его увезли, а брат его не раз мне угрожал. После окончания учебного года я уехал.

 

В силосной яме

И снова Нижняя Петропавловка. В колхозе заместителем председателя работал 60- летний старик Иван Михайлович. Жил он со своею старухой и  ходил к 40-летней вдовушке, которая  жила на окраине села за заброшенными силосными ямами.  8 ноября в праздник старик пошел к своей зазнобе . Старуха знала,что ее старик ходит к вдовушке, но на все махнула рукой.

Прошел день, ночь, утром 9 ноября, в школе мальчишка топчется и хочет мне что-то сказать. Старик пропал. Пошли искать. Идем, вдруг слышим кто-то кричит. Крик доносился со стороны силосных ям. Мы подбежали и в одной из них увидели дядю Ваню. Стоит и просит его вытащить. Мы побежали к дяде Пете, собрали мужиков и вытащили старика, а сами побежали в школу.

Шел старик ночью от своей вдовушки домой, был под хмельком и угодил в яму. А в колхозе забеспокоились, нет старика ни дома, ни у зазнобушки, послали в школу мальчишку.

 

Пастьба быков

Было мне 8 лет, когда мы с Лёнькой Платоновым, будучи на пашне, погнали пасти быков. Яков Платонович наказал нам пасти до тех пор, пока у быков рога не станут мягкими. — Если быки будут ложиться, вы у них пощупайте  рога, если рога будут твердыми, не давайте им ложиться, сгоняйте, — наказывал он нам. И мы быков пасли до тех пор, пока за быками не пришли Санька с Гуркой. И посмеялись же они над нами.

 

Дед и велосипед

Однажды шел дед от села к селу, а навстречу ему едет парень на велосипеде. Дед попросил его остановиться. — Нет ли у тебя, мил человек, закурить?  — Пожалуйста. Закурили. Потом дед, не то с удивлением, не то с восхищением говорит, глядя на велосипед: — Хитрая штуковина и как это люди ухитрятся ездить на  этой самокатке.  Два колеса, один другого догоняет и не падают, на чем только держатся они с человеком. Вот, ты скажи мне, могу я на нем удержаться? или нет? — Можете, — отвечает парень, — только у вас равновесия не будет, отвечает парень, — падать начнете. — Оно, конечно, какое там равновесие, а все же попробовать надо бы. — Что ж, дедушка, давайте попробуйте.

И дед неумело стал садиться. Сел. Сначала вроде бы неумело падал, ехал из стороны в сторону, а потом нажал на педали и… уехал. Парень всполошился, побежал вдогон. Где там, деда и след простыл. Понурив голову парень пошел в обратную сторону. Проклинал деда, а больше самого себя за доверчивость. И неожиданно дед вернулся и, передавая велосипед хозяину, сказал: — Возьми своего коня, да никому не доверяй его. Коня можно узнать по масти, по норову, эту же машину трудно отличить одну от других. Все они сделаны на одну колодку.

Взял парень велосипед из рук в руки, поблагодарил деда за науку и поехал своей дорогой.

 

Враги

Когда мы жили в Вороновке, весной в избе курица вывела цыплят, ее выпроводили в сени. Почти в это же время окотилась кошка. И вот кошка со своими тремя котятами вышла в сени, а там мама-курица со своими цыплятами. Каждая из матерей думает, что их дети в опасности, что на их детей нападет враг. У кошки спина дугой-коромыслом, хвост кверху, глаза сверкают, шипит, вся она сейчас же бросится на противника. А курица распустила крылья, распустила все свои перья, клокочет, вот-вот кинется на кошку.

Еле-еле мы с Тоней развели их в стороны. Курицу с цыплятами во двор, кошку с котятами — в избу.

 

Телеграммы

Летом 1969 года у нас в санатории отдыхала пожилая женщина из Целинограда. В то время наш сын Сергей служил в армии в Германии. Жена моя Тоня и эта женщина разговорились о своих сыновьях. — У меня сын  служит в Тольятти, — говорила женщина, — мы с дочкой ездили к нему без всякого вызова. А вот соседка, — рассказала она, — для того, чтобы сын приехал на побывку,  послала незаконную телеграмму. Написала, заверила у врачей, будто она болеет, за взятку, конечно, и радостная с двумя телеграммами в руке, побежала на почту, чтобы их отправить в часть. А идти надо было через железнодорожные пути. Она так торопилась, что забыла где находится и что с ней, думала только о том, как сын получит телеграмму, как будет рад поездке домой.

И с этими радостными мыслями она отправила телеграмму. Возвращаясь обратно она зазевалась и попала под поезд. Сын приехал на ее похороны.

Позор!

Как-то летом 1978 года я ехал из Щучинска в Кокчетав. Я сидел на переднем сидении справа автобуса, одно место рядом было свободное. И вот на это место сзади пересела пожилая  женщина. Посидела, помолчала, потом повернулась ко мне и  рассказала возмутительную историю:

Сейчас она едет в Кокчетав в областную больницу проведать больного  мужа. Ее муж, ветеран и инвалид войны, тяжело заболел, его положили в степнякскую  районную больницу (она из Булундинского лесничества), где он пролежал около трех месяцев. Так как здоровье его не улучшалось, его отправили в областную больницу.

Приезжаю я  в больницу и прошу главврача сопровождать мужа, но мне категорически отказали, ссылаясь на то, что сопровождать его будут две медсестры и они уехали второпях, и в расстройстве я не успела передать мужу ни вещи, ни денег. Прошло два дня и соседский паренек приходит говорит: — а я видел вашего дяденьку на вокзале в Кокчетаве, у него не было денег на билет и он не мог уехать, а у меня тоже деньги были только на проезд до дома.

Я всполошилась, мы с 18-летней дочкой поехали в Кокчетав, выяснять, что случилось. Пока то да се, прошли еще сутки. Приезжаем на автостанцию, ждем автобус на Кокчетава. Подходит автобус из Целинограда и из него выходит мой муж, представляете! Вид его был ужасающий. Что же случилось? И вот, что он рассказал: — Привезли меня в Кокчетав и где-то на остановке обе медсестры сошли с автобуса, шефер привез меня в больницу, завел в коридор, а сам …уехал. Я сел на сиденье и стал ждать. Через какое-то время вышел человек в белом халате и спросил, что я тут делаю. Я рассказал. — У нас мест нет и вы можете отправляться восвояси.

Я пытался объяснить, что я из далека, что у меня нет денег, а он знать ничего не хочет. И я вынужден был  поехать на вокзал.  Два дня он не мог уехать , продолжала женщина, голодал, потом кто-то накормил его в буфете и купил билет до Щучинска, а там у него есть знакомые. Переночевав у знакомых, он утром взял билет до Макинки на автобус Щучинск-Целиноград и проспал свою остановку. Вот почему он ехал со стороны Целинограда.

Потом я поехала в Степнякскую больницу. Спрашиваю: — Где мой муж?  Отвечают: — В Кокчетаве. Высказала я им все и пошла в райком. Там, конечно, за телефонную трубку. Я уехала домой. Вскоре приходит  «волга»,  в ней врач  Степногорской больницы и представитель райкома. И предложили мне отвезти мужа в Кокчетав. Я ответила, что никому не доверяю и отвезу его сама. Так что они ушли ни с чем, оставили только направление. И вот, отвезла я мужа в Кокчетав, устроила в больницу, а теперь еду проведать его.

— И что, это дело так и замяли?, — спросил я возмущенно. — Я обо всем написала и меня с дочкой отправили  в Москву. Помолчав, она добавила: —  А за все это сняли с работы … шофера.

 

Смерть за рулём

25 августа 1980 года произошел такой случай. Шофер санатория «Щучинский», который только что оформился на на пенсию, но еще работал, поехал  по делам в Щучинск. Когда ехал по улице К.Маркса почувствовал себя плохо, очень плохо. Успел только свернуть вправо и остановить машину. Когда пассажиры кинулись к нему, он был уже мертв.

 

Веселая встреча

Встретились два свата, один из них глуховат:

— Здорово, сват!

— Телят искать.

— Сына-то женил?

— Репу режет.

— Молодка-то бастенька? (хорошая, красивая?)

-Тебе, сват, нас…ть.

-Ничо, зима-то долга, ребятишки съедят.

 

Не зевал

-Тятька в бане  парился. Я в амбаре шарился.

-Тятька голову чесал. Я в мешочек нагребал.

-Тятька волосы сушил. Я мешочек утащил.

 

Мешок дичи

Однажды Никанор Павлович пришел с охоты почти ни с чем. Убил только тетерку, да забыл еще одну снять с петли. В то время, вначале века зайцев было очень много и их ловили петлями. Обычно жена его Ефросинья Михайловна, хотя и славная женщина, но не лишена была природной  жадности. Она болезненно переживала, когда ее муж приходил с охоты ни с чем. Никанор Павлович хоть и не был выпивохой, но после охоты был не прочь пропустить рюмочку, теперь же ему грозил пустой ужин. И он очень просто вышел из положения.  Нарвал травы полмешка,  для веса положил туда металл, а сверху положил тетерку. Приехал домой, мешок поставил у порога, а сам стал раздеваться. Одна из дочерей, увидев полный мешок  с радостью сообщила об этом матери. Ефросинья быстро собрала на стол, появился и заветный шкалик. Никанор, раздевшись, умывшись, сел за стол, налил рюмку, выпил и стал есть жаркое, а сам, хитро улыбаясь, следил за действиями жены. А та… — Ешь, ешь, христовый, — сама смотрит на мешок.

Никанор поел и, как всегда, полез на печь, это было его любимым отдыхом. А Ефросинья, убрав со стола и помыв посуду, кинулась к мешку, а что дальше — Никанор Павлович не слышал, он притворился спящим.

 

Бесогон

Когда я работал учителем в деткоммуне им. Ленина в Челябинской области в селе Бродокалмак, у нас квартировал учитель нашей школы биолог и географ,  какой-то не в своем уме молодой парень лет 30. Однажды, в воскресенье когда хозяйка ушла к  родным этот «Бесогон», такое он прозвище получил за его неуравновешенный характер, принес из школы наглядное пособие — скелет человека. Он занимал горницу, а мы с женой — кухню. Поставил он свое наглядное пособие у вешалки за занавеской, а сам ушел по делам.

К вечеру под хмельком возвратилась хозяйка,  взяла веник и пошла  в горницу подметать пол. Я в это время сидел на кухне и провреял тетради, все это не прошло против моего внимания.  Через несколько минут я услышал  душераздирающий крик хозяйки и вслед за этим ее, растрепанную  и испуганную. — Ой, ратуйте, люди добрые. Что там?

Я побежал в горницу. Там на полу  лежал скелет человека и череп с оскаленными зубами. Подметая пол, хозяйка задела веником  скелет, он упал и рассыпался, перепугав хозяйку. Да, из-за случившегося «Бесогон» чуть не лишился своего жилья, но за веселый, неунывающий нрав был прощен.

 

Три пятерки

Вспоминая эту историю, я и сейчас не могу понять, что все это значит. Была у нас двоюродная сестра Устя 1908 года рождения. Она была тихой, спокойной девушкой. После смерти матери, ее отец, наш дядя Павел женился  на второй жене, которая  возненавидела свою падчерицу.  На беду Усти, она отдалась какому-то проходимцу и забеременела.  В отместку мачеха уговорила отца Усти выдать дочь замуж за дорофеевского  парня. А куда денешься? Устя вышла за него. На фронт ее мужа не взяли по состоянию здоровья. Он занимался колхозными делами и рыбалкой. В 1944 году старшей Жене было 17 лет, а младшему Володе — четыре года. В том же году муж Усти утонул на рыбалке и осталась она одна с пятью детьми. Был ли кто в Дорофеевке? Скорее нет. Осенью 1947 года Устя и еще пять женщин были задержаны  уполномоченным района за хищение пяти килограммов зерна.  За это ее осудили на пять лет, несмотря на то, что у нее было пятеро детей и не было мужа.

 

Суп с похмелья

Рассказывал один из  членов нашего полка:

— Мой дядя Степан приходит как-то домой изрядно под хмельком  и, раздеваясь, спрашивает у  дочери, еле шевеля губами, есть ли что-нибудь поесть. — На шестке чугунок с супом, а в нем и мясо есть. И Дядя Степан, раздевшись, прошел в кухню, достал из шкафа миску и из стоявшего на шестке чугунка налил супу. Сел на лавку и стал есть. Дошел до дна, там мясо, но что-то плохо оно жуется.

— Что это за мясо? — обратился он к дочери, выплевывая  мясо на стол. Дочь посмотрела и обомлела, вместо мяса он жевал тряпку для вытирания стола,  а вместо супа съел помои. Вот ведь как бывает!

 

 

 

  • веснушки

    Стихотворения-2

    Из тетрадей Мартемьянова Василия Семеновича. (16.02.1909 – 02.08.1995)   ВЕСНУШКИ Раз…
  • вьюга

    Стихотворения-1

    Из тетрадей Мартемьянова Василия Семеновича (16.02.1909 – 02.08.1995) КОТ В моей комнате ж…
  • казаки

    Род Мартемьяновых

    Из воспоминаний Мартемьянова Василия Семёновича. (16.02.1909 – 02.08.1995   Мартемьян…
Еще в разделе Мартемьянов В.С.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Смотрите ещё

Стихотворения-2

Из тетрадей Мартемьянова Василия Семеновича. (16.02.1909 – 02.08.1995)   ВЕСНУШКИ Раз…